Don't Starve

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Don't Starve » Личные эпизоды » Странные вещи [Пророк Лука, О'Лень, Ласточка, Фоска]


Странные вещи [Пророк Лука, О'Лень, Ласточка, Фоска]

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://s1.uploads.ru/hRtQ3.jpg


Место: небольшая, но вместительная церковь (и даже заброшенная, хоть не выглядит таковой; вероятно, кто-то приходит и поливает кусты роз, цветущих у ограды). Как ни странно, располагается она среди просторного поля, без намёка на малейшую цивилизацию. На первый, второй и третий взгляды, ей здесь не место (вам тоже так кажется?). Может, так оно и есть. Кто знает, каким неведомым образом церковь здесь появилась. Кто знает, какие религии в ней когда-то исповедовались. А вдруг её вчера вообще здесь не было?..
Погода: облачно (возможны осадки).
Дата: апрель 60-ого (какое именно число, никто толком не может вспомнить, попадая сюда; если же пройти метров так двести, зайдя за лесную полосу, то можно словить себя на мысли, что сегодня 18 апреля).
Предыстория/сюжет: какая нелёгкая завела всех их сюда, а?

Отредактировано Фоска (2015-07-16 21:43:21)

+1

2

Солнце озаряло церковь, и её самая высокая башня сияла, словно над ней поднялся нимб.
- То Всевышний указывает путь заблудшим душам, - уверенно проговорила женщина, приставив ладонь ко лбу козырьком.
  Только вот солнце с самого утра было закрыто облаками и никакого сверхъестественного сияния на башне не было, но оставим это в секрете от Пророка, он уже настроился на то, что ему помогаю свыше.
  Уверенно шагала Лука по тропинке, ведущей к церквушке что-то напевая себе под нос. Надо заметить, что это было весьма благоразумно, ведь начни она петь во весь голос стадо бифало прибежало бы на зов товарища. Да-да, дела с пением у Пророка были настолько плохи. Полусухие бурьянистые кустарники, которыми поросло всё поле, то и дело норовили схватить за старые потёртые штанины, но идущая даже не обращала на них внимания - её ум был занят другим, более высоким, нежели травинки-хапуги.
  Всё сегодня говорило Луке об особенности дня. Даже белобрысый чуб, что жил своей жизнью, нынче был в согласии с хозяйкой и качался в такт её шагам, словно торжествовал по поводу найденной обители. Лука тоже торжествовала и даже забыла о не любимом ею холоде и не дрожала от прохладного ветра, что в иной бы день заставил её сильнее кутаться в потрёпанную толстовку и бежать, бежать на поиски укрытия. Да, настолько не по нраву был Пророку холод, даже если для других это всего лишь приятная прохлада.
  Когда длинная темная фигура Пророка замерла на старом, но крепком церковном пороге тучи уже заполнили небо от края до края. Подняв голубые глаза к небу, женщина произнесла:
- Ну что ж, настало время проповеди.
  И сильный порыв ветра зашумел в прекрасных розовых кустах, что росли у ограды.
  Открылась дверь обители и нарушилась тишина пустующего здания. Лука вошла внутрь и подпёрла дверь найденной тут же корягой. Конечно, опасно оставлять дверь открытой, но как иначе показать возможным путникам, что именно здесь, в этой церквушке, ждут всех и каждого. Она прошла сквозь пыльный притвор и оказалась в зале. Внутри здание оказалось пустым, не считая десятка скамеек стоящих в разброс то тут то там, две пары колонн, что делили пространство на три нефа, от стен по четыре метра, да тот что в центре – семь. Узкое и длинное здание, под стать Пророку.
  Женщина прошлась по просторному помещению, цепляя белокурой головой паутину, пусть её тут было и не много, но теперь взгляд Луки стал не просто изучающим, а фанатичное желание тут же приступить к приготовлению кафедры для будущей проповеди, которую она выстраивала  в уме уже не один день, чуть утихло. Но, похоже, что если какой-то паук и забредал сюда, то оставил это место. Исследовав все углы и укромные места, держа наготове скипетр с острым увесистым наконечником, Лука так и не нашла ни одного живого существа. Ну кроме подозрительного типа с рыжей шевелюрой, что бессовестно примостил свой зад у алтаря. Он не был похож на медведя-барсука или свинолюдя и это несказанно успокаивало женщину, но желание выяснить, что же это за фрукт, так назовём этого пьянчужку, заставило ткнуть детину меж рёбер носком мужской туфли.

+3

3

Пьяницы — это народ особенного нрава, степени душевности и тяжёлой руки (преимущественно). И им не очень-то нравится, когда в кругу своих появляется некто левый, заливается всевозможными спиртами, даже сильнодействующими настойками из поганок, облапывает всех женщин и вдруг оказывается, что ему нечем платить. И так как бартер здесь всему голова, владелец корявой забегаловки, пнув башмаком дверцу деревянного сейфа, смотрит туда с намёком, а потом переводит жадный взгляд на рукоятку ножа, торчащую из-за ремня рыжего прохиндея. О, чёртовы обстоятельства. Джеронимо готов рвануть из этого бара, подобно всем предшествующим (а ведь их было точно больше десятка). Но вот незадача: как бежать, когда тебя в буквальном смысле припёрли к чёртовой стенке? Ещё и нос разбили.

(— Ни за что ни про что.)
[— М-нэ. Нехорошо получилось.]
(— В такое дерьмо мы ещё не влипали.)
[— Может, посчитать до десяти и эти двое верзил исчезнут?]

Джеронимо мысленно попытался посчитать до десяти, выслушав наставление Бодрого голоса — отпрыска своей личной шизофрении. Оба плотно сбитых мужчин как стояли, так и остались стоять, хорошенько заломив руки Джера, чтобы тот не cмог пошевелиться. Владелец потянул ссохшуюся ручонку вперёд, к поясу. Уж больно ему приглянулась длинная рукоять ножа, обшитая кожей гончей.

[— Это конец. Нас прирежут собственной железякой. Родименькой!]
(— Уу, да. Нужно успеть завещать Гретте, будущей матери наших детей, блошиный цирк.)
[— Отличный цирк! Он ведь был ещё так молод.]
(— Погоди. У нас же есть отвёртка.)
[— В левом кармане.]
(— В другом левом кармане.)
[— Нет, не в этом, я же сказал, слева]
(— Это было другое лево! У нас так всегда! То лево, которое справа. А надо было лево, которое слева.)

— Как насчёт отвёртки? — неожиданно подал голос Джер. — Один мой знакомый крафтер соединил её с артефактом, дарящем обладателю вечную жизнь, молодость, никакой простаты. Все такие дела, в общем.

Владелец заинтересованно переглянулся с вышибалами. Те, как люди далёкие от магии, но верно служащие своему нанимателю, почему-то кивнули. Неужели повелись? Вот мудилы, мысленно хохотнул Джер.

— В левом кармане, — он склонил голову и кивнул в сторону нагрудного кармана своей куртки.

— Однако, как нам быть уверенными, что ты не брешешь, а? — владелец ушло ухмыльнулся, выуживая из кармашка «чудо-отвёртку» крючковатыми пальцами.

— Мне нужна свободная рука, чтобы показать, как эта штука работает. Слова тут и впрямь — пустой трёп.

По велению хозяина, один из громил ослабил хватку, и Джер без труда освободил мускулистую руку с когтями, достигающими опасных размеров.

— Тут всё просто: айн, цвай — враг с левого фланга, — провернув манёвр с отвёрткой, Джеронимо вонзил её остриём в глазное яблоко вышибалы, который, в последствии, дал слабину. Аллилуйя. Вторая рука теперь свободна.

Вокруг начался кипиш, безумные оры, а кровь проливалась ручьями. Джеронимо, удачно увёртывая от вражеских кулачищ, выбил одну из дверей кабинета и оказался на сцене, где полураздетые прелестницы-девицы отплясывали канкан.

[— Канкан?]
(— Ооо. Многое мы не знали об этом мире.)

— Пардоньте, дамы, — сиплым голосом хронического укурыша принёс извинения Джер и разнял парочку из середины, соскочив со сцены под аккомпанемент женских визгов.

Он стрелой пронёсся через весь зал к выходу, то и дело взмывая подошвой берц на столы пьяниц и сгребая выпивку. Позади, наверняка, неслась погоня, но Джер ничего не слышал, кроме торжества победы и балагана всполошенных пьяниц. Да, в частности, балагана.

Густая карминовая жидкость по-прежнему вытекала из разбитого носа. Утираясь тыльной стороной ладони, Джер снёс уже вторую дверь за этот день и вынырнул на улицу. А дальше — лес. Беги, куда мятежной душе угодно. Он так и поступил.

Когда вокруг слишком много леса и он, собака такая, даже не думает кончаться, Джер обычно достаёт свой счастливый косяк. Аксиома.

[— Ну и... кхе-кхе. Куда нам теперь идти?]

— Хоть бы табличек с указателями поставил кто, — рыжий стянул гогглы со лба и развалился на травке, растопырив ноги и руки, аки морская звезда. — Налево пойдёшь...

Облака едкого дыма поднимались вверх, резво выпархивая из ноздрей. Джеронимо постепенно ощущал, как всё вокруг сплеталось в единый хоровод и плыло, плыло, плыло. Сосны о чём-то перешёптывались друг с другом и обеспокоенно оглядывались, а травинки пели фальцетом.

[— Отвратительный косяк.]
(— Этот ведь был на чёрный день. МЫ ЕГО ПАСЛИ НА ЧЁРНЫЙ ДЕНЬ.)

Голоса были солидарны друг с другом. Джеронимо это показалось самым странным из происходящего.

Спустя неопределённое время, он куда-то шёл. Куда-то, хрен знает куда. Значит, ещё не отпустило.

Одна особенно старая и сморщенная (сморщенная?) сосна заговорила скрипучим голосом бабули, и тогда он ПОБЕЖАЛ.

Он бежал бесконечно долго. Так долго, как только могли позволить физические силы, находясь вдали от прокуренного мозга.

Если рассмотреть мозг Джера в разрезе, то можно без проблем его не заметить. Густая пелена дыма волшебных смесей там надёжно засела. Аксиома.

Спустя долгий-предолгий путь, Джеронимо упёрся лбом во что-то твёрдое. Похоже на дверь (опять дверь?). Но эта, видимо, открывалась в обратную сторону, и он влетел в помещение, четыре раза споткнулся о небольшие пороги (причём, два из них о свою собственную ногу), совершил пару кувырков и, наконец, рухнул у алтаря (похоже на церковь; а, неважно). С засохшей искривлённой дорожкой крови, идущей от переносицы, набухшей от синяка, до подбородка, Джеронимо ощутил тяжесть век и скорое приближение персональной ночи. Он обрёл коматозное состояние.

Джеру снилось, как он безмятежно плыл по воздуху на каноэ из пышных облаков. И плыл он прямиком к исполинским золотым вратам, окружённым пурпурными туманами. Отовсюду слышался звон волшебных фанфар. И чувство такое безмятежное… как вдруг перед облачным каноэ открылась пропасть, на дне горящая языками пламени. Джеронимо подскочил и метнулся прочь, за борт воздушного транспорта, плывущего прямиком в Ад, но оставшиеся силы были настолько ничтожны, что двигаться быстро он не мог. НО. Па-пам. Огромная туфля, сияющая божественным светом, посланная кем-то свыше, разразила то мрачное пространство, что теперь вихрилось над рыжей головушкой и подала ногу помощи, выцепив из кошмара.

Джеронимо резко раскрыл глаза, потряс рыжей шевелюрой, приходя в чувство и, обернувшись, узрел тот самый спасительный башмак и, разумеется, его владельца. Так бы и окочурился, наверное, ежели не толчок из внешнего мира.

— Ты ангел, да? Или галлюцинация?

[— Эй, парень. Ангелы и есть галлюцинация. Если ты не экстрасенс. Я же знаю, что ты не экстрасенс.]
(— Что за экстрасенс?)

— Не-а, — Джер поднялся, выпрямился (продемонстрировал все свои два метра с приличной кепкой) и бесцеремонно пощупал за хрупкое плечо «ангела», — не галлюцинация.

Отредактировано Фоска (2015-07-18 02:36:07)

+3

4

Это был грандиозный скандал!
Ленаи, безвинно обвиненная в разграблении казны города, пафосно вздернув покрасневший от показушного плача нос, покинула город до того, как ее изгнали. На прощание отыграв такую сцену возвышенного страдания, что ее уже практически попросили остаться и оставить себе те несчастные три с половиной сапфира и пять килограмм тефтелей, которые она «украла». Но ничто не могло ее остановить. Она была уязвлена. Между прочим, крала не она, а две куклы, вступившие в сговор с рюкзаком. Понимаете? Она осталась без рюкзака! Не говоря уже о том, что эти неблагодарные чучела унесли всю добычу за пределы города, а не домой к любимой создательнице.
В общем, все ее предали. И обидели. И покинули. Бесчувственные ублюдки.
Ленаи поглубже натянула на голову шапку с мышиными ушами, которую сшила позавчера. Отличная вещь – миленькая, и держит ее безудержный пух на голове в состоянии относительного порядка. Если бы еще она не кривлялась так нещадно…И зачем только Ленаи вышила ей лицо?
Было облачно. Очень облачно. Мрачно. У Ленаи всегда все было мрачно. Сердце приятно замирало с каждым легким порывом ветра, едва заметно перебирающим листья кустарников. Страх – самое волнующее чувство, самое вдохновенное. В такие моменты ей казалось, что она могла бы сшить дирижабль в полный, тксзть, рост. Если бы знала, что это такое.
Она шла долго. Во всяком случае, когда Ленечка остановилась, чтобы найти какой-нибудь подножный корм, ее ноги ощутимо заныли. Так всегда и было, она погружалась в размышления, и ее затягивало в бесконечную черную воронку; плавно и уныло она опускалась на дно своего сознания, пока острие шила не входило под кожу. Этакая точка возврата. Сегодня точкой возврата стал голод.
Она закинула в себя немного ягод – все, что ей удалось найти. Голод утих совсем ненадолго. Можно было бы вновь вернуться к размышлениям. Можно было бы, если бы прямо перед ней не появилось кладбище. Кладбище, самое настоящее! С мертвецами! Возможно живыми! Совокупность вышеозвученных фактов пронеслась перед глазами Ленаи бегущей строкой, и ноги сами понесли ее к могилам, сквозь легкий туман, сквозь страх и щемящий сердце восторг. Покосившиеся и потрескавшиеся от времени надгробия. Ленаи присела возле одного из них и с нежностью провела пальцами по трещине, рассекавшей камень надвое. По телу пробежала дрожь. Ее глаза буквально горели смесью ужаса и ликования, и чем больше падал ее рассудок, тем сильнее разгорался внутренний пожар. Тем ярче горели ее и без того красные глаза, тем сильнее кривлялась ее шапка, изображая то дьявольской злобный оскал, то крайнюю степень того первобытного кошмара, что жил в душе ее хозяйки.
Поддавшись внезапному порыву, Ленаи вонзила шило в землю, принимаясь бессмысленно ворошить ее. Сухая почва не поддалась, и тогда Лень-чан принялась разгребать ее руками. Ее обволок туман, кружа ей голову. Щелкнула по носу первая упавшая капля дождя. Перед глазами Ленаи выросла белая человеческая фигура.
Не помня себя от ужаса, девушка вскочила на ноги и бросила бежать в сторону, определившуюся великим рандомом. В этот раз небеса были благосклонны. Сразу после того, как пошутили, сбросив споткнувшуюся девушку в свежевырытую могилу. В нескольких сотнях метров обнаружилось строение – невысокая церквушка, хотя Ленаи как-то и не задумывалась, что это и что оно здесь делает. Кое-как выбравшись, жутко перемазавшись в серой грязи и глине, девушка рванула к постройке.
Лень налетела на стену, тут же цепляясь за какой-то выступ и буквально вваливаясь в помещение, выбивая окно своим телом. Она бухнулась на пол в гущу осколков, а после, озираясь с потерянным видом, с трудом поднялась на ноги. Кажется, в зале, заросшем паутиной (еще один гвоздь в гроб ее рассудка), были люди. Живот свело от голода. Вытянув вперед руки с забившейся под поломанные ногти землей, Ленаи сказала лишь одно слово: «Еда».

+1

5

Весной с постепенным приближением жаркого сезона в Тайном городе начинали происходить заметные изменения. Настроение боевых и непоколебимых личностей уступало место тревоге, которая позволяла упрямым выживающим на некоторое время забыть о поиске ответов, начиная подготавливать свои небольшие домики к пренеприятной встрече с осадками и дальнейшим палящим солнцем, что обещало выжечь все незащищенное и плохо лежащее под прямыми горячими лучами. И, хотя дождь мало кому приходился по душе, пожары вызывали даже у таких крепких людей невольную опаску. Потому каждый, кому хоть немного были дороги ресурсы и собственное место обитания, выходили с рассвета и возвращались лишь к ночи вместе со льдом, который предполагали сохранить до самого лета. Особо храбрые даже не беспокоились о возможности попадания под дождь, что своей силой размывал путь и был довольно непростой преградой на пути к заветным ледяным глыбам.
Утром в центре Тайного ощущалась суета, и даже Ласточка, обычно беспечная и веселая, пыталась выглядеть серьезной на фоне трудившихся выживающих, которые еще оставались в городе. Однако своих близких приятелей она среди них не нашла, потому приняла решение тоже попытать счастье в поисках ресурсов в близлежащем лесу, где Ласточка чувствовала себя намного уютнее, нежели в каменном биоме, в котором то и дело приходилось сталкиваться с высокими птицами.
Взяла с собой девушка только рюкзак - старого-доброго друга, что уже давно верно служил ей.
Путь оказался ухабистым, но приятным. несмотря на затянутое серыми тучами небо, дождя не было, и сухая местность встречала выживающую тишиной и удивительным спокойствием. Вдохнув полной грудью еловый аромат, Ласточка поймала себя на мысли, что ощущает радость без угнетающей городской суеты. Хотелось пройти дальше и больше, а потому девушка, нетерпеливо поправляя рюкзак на своих плечах, быстрым шагом направилась туда, где еще не ступала ее нога. И, буквально через несколько шагов по неизвестной трапе, столкнулась с чем-то на земле, задев большое, заросшее травой нечто и повалившись там же. Буквально перед самым носом Ласточки было нечто огромное и клыкастое, разевающее свою пасть прямо ней с глухим скрипящим шумом.
Девушка привстала на локте, потирая свободной рукой ушибленное колено и с удивлением взирая на то, обо что недавно споткнулась. Ничего подобного Ласточке видеть не приходилось, однако из рассказов других жителей этого мира она знала, что такие странные штуки называют ...
- Черве... Черво... Чрево... - Птичка напряженно сверлила взглядом объект, пытаясь припомнить его настоящее название. Как жаль, что рядом не было того, кто мог бы ей подсказать правильный термин для описания этого "нечто". Ласточка поднялась с земли, отряхивая свою одежду от пыли и травы. Червоточина, так и не дождавшись ответных действий девушки, свою пасть захлопнула, заставив Ласточку невольно отпрыгнуть от существа. Она быстрым движением подняла с земли рюкзак, в задумчивости обходя кругом проход. Вне всякого сомнения, это напоминало нору, ведущую куда-то.
- Либо в пищеварительную систему, либо к центру земли, - рассудила Ласточка, нагнувшись к червоточине и увидев, что та вновь открыла свою пасть, словно ожидая, что Птичка туда прыгнет. Девушка посмотрела в пустоту, взяла лежащий рядом камешек и кинула внутрь. Прислушалась, но так и не услышала, как предмет приземлился по ту сторону пустоты. Пожав плечами, Ласточка собралась было покинуть свою неожиданную находку, но тут ее внимание привлекло еще одно нечто... ОГРОМНОЕ нечто. К ней на полном ходу, крайне медленном, но все же значительном, шагало дерево. На этом понимание Ласточки оборвалось. Она попятилась назад, то ли с восхищением, то ли с ужасом наблюдая за тем, как большая ель становится все больше и больше по мере приближения. Создавалось ощущение, что дерево не обращает на стоящую неподалеку девушку абсолютно никакого внимания, как если бы рядом со слоном мельтешила маленькая букашка. Однако для Мэгги подобная встреча казалось слишком поразительной и даже пугающей. Птичка невольно начала отходить назад, пока наконец не почувствовала, что под одной ногой больше не было земли...
- Ой, - и никудышная "Алиса" свалилась в нору, а червоточина закрыла за ней пасть.

Полет был короткий, но крайне необычный. Ласточка чувствовала, как ее тело кидало в разные стороны и вращало вокруг своей оси. Казалось, она падает вниз, но, что удивительно, упала она в конечном итоге наверх, то есть на землю, словно вернулась обратно в лес... Но не тут то было. Открыв глаза, Птичка осознала, что лежит на довольно жесткой траве, а над головой под тем же серым небом пролетают птицы. Девушка тяжело выдохнула, медленно привставая с места. Она тщетно крутила головой, пытаясь понять, где находится, но не находила ничего, кроме уже знакомой червоточины и пожелтевшей травы. Ощущение головокружения после недавнего полета не покидало ее.
- Надо же, - прошептала Ласточка, столкнувшись взором с камушком, который не так давно кинула в лесу, чтобы проверить, достигнет ли тот дна. Вот так выживающие и набираются опыта! Жаль только эта червоточина оказалась такой... кхе... "ароматной".
- "Быть может, я смогу найти другой способ вернуться в Тайный?" - подумала Птичка, припоминая гуляющего по лесу энта. С той мыслью она направилась вперед бодрой походкой, все еще немного пошатываясь при каждом шаге. Путь оказался неблизкий, и на всем его протяжении Ласточка окружала только трава, и ничего кроме травы...
- Травы и этого странного здания, - поправила себя девушка, посмотрев на церквушку, что находилась прямо перед ней. Предназначения этого дома Птичка не знала, но посчитала возможным зайти туда и спросить дорогу. Пока Мэделин успела подойти ближе, она заметила другого человека, который на всем ходу несся к зданию. Невысокий рост, светлые волосы... Все это было ей очень знакомо...
- Ленаи! - крикнула Ласточка, пораженная своей догадкой. Она помахала рукой в воздухе в знак приветствия, однако вскоре осознала, что давняя знакомая не обратила на нее никакого внимания. Птичка побежала следом за О'Лень, с интересом наблюдая за тем, как она на всем ходу разбивает одно из окон. Ласточка, не долго думая, направилась следом, проникнув в здание через образовавшуюся дыру в стене.
- Простите, - тут же извинилась Ласточка за погром, осматривая просторное помещение, заросшее паутиной и покрытое пылью.

+1

6

Сделал и отошёл. Так обычно работает любой осмотрительный человек, но так уж случилось, что ткнув тушку Лука позабыла отбежать хоть бы метра на два. И от того, стоило Джеронимо зашевелиться и подать признаки жизни, в нос ей ударила смесь запахов, конечно с ароматом настойки из поганок на уровне соперничало лишь благоухание скуренной травы (самой разнообразной, если доверять чувствительному носу, что уловил целый пантеон), всё остальное трусливо пряталось где-то внутри, лишь немного щекоча ноздри.
Конечно, может если бы Пророк увидала, что туфля её предстала перед незнакомцем не иначе как знаком свыше, коих самой Луке сегодня попадалось в избытке, может и не стала бы так остро реагировать на пощупывания. И да, остро в прямом смысле, ибо стоило рыжему коснуться её плеча, как жезл устремился к его пупку, естественно не чтобы щекотать. Сама не зная от чего жалея, что не может ужалить зад наглеца.
«Думает, раз выше чутка, так приставать можно?!»- раздражённо подумала женщина, решая, что перед ней маньяк не иначе. Кхм… Стоит ли говорить, что привыкшая смотреть на всех с высока Лука была просто раздражена таким ударом судьбы, подсунувшем ей двухметрового наркомана. И, конечно, вовсе не вредные привычки рыжего были виной её скорби.
- Если говорить о глюках, то вы более походите на таковые, - обронила женщина нервно подёргивая чуб и собралась еще спросить каким нездоровым ветром занесло его зад сюда, но тут случилось нечто из ряда вон выходящее, настолько, что даже пришедшая рожать сюда самка бифало и то произвела бы меньший фурор.
Нечто чумазое и не понятное появилось на сцене, принося в «мирную» беседу двоих целую тонну шумов. Страх двигал тушкой Пророка, когда та, без зазрений совести, спряталась за парнем, да ещё слегка подтолкнула к странному существу.
- Это точно зомби, - зашептала женщина в спину Джеронимо.- Еда?! Оно хочет съесть нас? Н-но ведь я только нашёл место, где мог бы спокойно вести людей к свету…
И тут, словно Всевышний за что-то разгневался на своего посланника, через всё то же горемычное окно, в церковь проник еще один несущий смерть умерший. Да-да, глаза Луки были застланы пеленой ужаса, и даже более цивильный вид второго врага не привёл её в чувство. Разве что где-то внутри мелькнула догадка, но ей еще нужно было оформиться в более чёткую мысль.
- Я слишком молод, чтобы умирать, - обреченно произнес Пророк, вытягивая вперёд трясущуюся руку со скипетром, собираясь стоически умереть в бою.

+1

7

— Это универсальная чесалка для всех частей тела? Если да, то у меня от неё только сильнее начинает зудеть, — Джеронимо сузил один глаз и нескромно вытаращил другой, когда остроконечный скипетр добродушно уткнулся в пупок. — А вообще, я бы не отказался от ангельских почухиваний за ушком, — он растянулся в наглой улыбке.

Сказать, что его отпустило — ровным счётом ничего не сказать. Или дурь вгрызлась в рассудок так основательно, что он и не припомнит времени, когда был в здравии. Что вообще такое это «в здравии»? Его едят с жареным мясцом биффало, приправленным соусом гуакамоле? Мм, остренький.

— Может быть, может быть, — Джеронимо знал, что он не галлюцинация, но если притвориться галлюцинацией, можно стать всемогущим и прибрать к своим когтистым лапищам этот чёртов мирок.

(— Муахахахаха!)
[— Slow Down]
(— you're moving way too fast)
— Slow down you know you'll never last, — подхватил ритм голосов Джеронимо. Да так хрипло и убийственно (голос у него был истинного металлиста), что все пауки, старые толстые паучищи, взявшие в привычку сетовать о маленьких пенсиях, вопиющих инфляциях, ревальвациях и бесконечных кредитах на вставную челюсть, в ужасе начали удирать прочь и вешать на свои паутины таблички с надписью «sold».

И вот когда настала кромешная тишина, когда «ангел» (не галлюцинация ведь) с белокурыми вихрями волос и универсальной чесалкой для всех частей тела в руках должен был потребовать объяснений, поколотить нерадивую рыжую головушку, ежели бы дотянулся, или, чего совсем недоброго, зад почесать, та самая тишина развалилась на мириады осколков стекла, которое вынес некто за спиной Джеронимо.

Он развернулся на пятках, потирая набухший кровяной подтёк на переносице, с которым уже практически сроднился.

Разбитый вдребезги витраж и две тоненьких руки — вот, что первым делом приметило зоркое око.

[— Мне кажется, или начинает пахнуть жареным?]
(— Ага. Это кто-то снаружи жарит биффало на вертеле.)
[— Главное, чтобы он хорошо прокручивался.]
(— Наверное, это очень большой вертель.)
[— Пошли посмотрим?]

Джеронимо почувствовал лёгкий тычок в спину. По ощущениям напомнило наконечник того самого скипетра. Видимо, его загадочный владелец решил не рисковать своей хрупкой тушкой и предоставить произволу кого-то покрупнее. Джеронимо, например.

— Зомби? Не-е-ет, — беззаботно отмахнулся он, поглядывая через плечо на своего персонального «ангела». — Зомби выглядят как зомби. Я видел зомби. Это не зомби. Можешь мне верить.

[— О, да. Ооо, да. Ты так убедителен, что даже мне с трудом верится.]
(— Но мы же видели зомби-бабушку! Правда видели.)
[— Она нежно избивала нас зомби-собачкой.]
(— Это была лучшая шмаль в нашей жизни. Вухуу!)

Девочка в шапке с мышиными ушами и чудовищной улыбкой, так не свойственной мышам, просила еды. Джер шагнул к ней, по привычке беспечно, которая объяснялась единым кредо: «если что, мне нечего терять». Вообще, нет. Это кредо менялось в зависимости от обстоятельств. Но на деле (или перед делом) оно было таковым всегда.

(— Давай предложим ей филе биффало. Того, что на вертеле жарится.)
[— Цыц. Он ещё не дошёл до нужной стадии готовки, не обрёл золотистую корочку.]

Джеронимо похлопал себя по нагрудным карманам и вытащил небольшую прямоугольную банку цвета меди. Вроде, консервами называется. Какого чёрта у него обнаружились консервы, не знает никто. Даже жареный на вертеле биффало.

— Должно подойти, — Джер присел на корточки и вскрыл острым когтем консерву, поддев анчоус.

Удостоверившись, что это съедобно, он протянул железяку с рыбками в масле девушке, облизнувшись.

Не прошло и двух минут, как осколки разноцветного стекла захрустели и впереди показалась ещё одна фигура. Джеронимо присмотрелся хорошенько и повернул рыжую головушку к «ангелу» со скипетром.

— Если ты хочешь увидеть настоящего зомби, то вот он, — Джер вздёрнул указательный палец и повёл им сначала в сторону прибывшей черноволосой барышни, а потом чуть левее. — Натуральный зомби. Любуйся.

Сказал, как на рояли в кустах сыграл. Крайне пофигистично. И то ли не оценил всех масштабов трагедии, то ли «терять нечего». На улице стояло до боли мерзкое существо. Оно было похоже на представителя свинолюдей. Признаки трупного разложения и гниения несли за собой и подобающий запашок. Зомбосвинолюдь придвигался к ним медленно и рывками, как будто бы его каждый раз хватала судорога. Зеленоватое свечение вокруг зеленоватого рыла не предвещало ничего хорошего. Позади него, если хорошенько заглянуть в разбитое окно, вырывался из недр земли такой же экземпляр, а за ним ещё и ещё. Похоже, кладбище, что расположилось поодаль церкви, принадлежало захоронениям свинолюдей. Или не только.

С шумом распахнулась дверь главного входа и что-то зашуршало по коридору, спотыкаясь о небольшие пороги.

— Зомби-бабушка?.. — Джеронимо повёл рыжей бровью.

[Она нашла нас!]

0

8

В вытянутые грязные руки Ленаи приземлилась какая-то странная емкость, и, недолго думая, вышеупомянутая героиня вылила ее содержимое себе в рот. Было вкусно…вроде. Запоздало очухавшаяся Ленаи поняла, что то подозрительное нечто, что она съела, когда-то было живым. Зануда, чей осуждающий взгляд резал покруче меча-кладенца, с нее три шкуры спустит. Если узнает. Шапка Ленаи прицельно поиграла бровями в сторону рыжего, и девушка вернула ему емкость, предварительно едва ли не вылизав, смущенно шепнув нечто среднее между «спасибо» и «вы спасли меня от мучительной смерти путем переваривания собственных внутренностей».
Когда глаза наконец стали видеть что-то, кроме трех рататуев вместо всех присутствующих, Лень узнала наконец Птичку, в плечо которой она тут же вцепилась мертвой хваткой. Двое других были ей незнакомы. Особенно вон тот, рыжий. Лицо у него какое-то подозрительное. Если бы он не спас Ленаи от голода, она бы точно классифицировала его как субъекта слишком опасного. Он был высокий. Высокие люди опасные. Напоминают об энтах, а энты опасные. Хотя зомби опаснее.
- Зомби?! – Ленаи с визгом юркнула за спину Птички, принимая точно такую же позу, как женщина со скипетром. Крайне рациональная, сразу видно. За спину зомби не нападут. Или…
Ленаи обернулась и обнаружила лицо свиньи в дверном проеме. Симпатичное такое. Раздутое, зеленое. И двинулось оно тут же, вместе с телом и еще рядом лиц и тел, к ним четверым. Задрожав, Лень вытянула из-за пояса одно из шил и воткнула себе в руку, тут же захныкав от боли. Рассудок слегка повысился, но способность мыслить адекватно все еще не вернулась. Схватив с какой-то скромной стойки канделябр, Лень-чан, как самая храбрая, замахнулась и хорошенько треснула им зомби в окне. Зомби недоуменно хмыкнул и в ответ цапнул девушку за руку. Пораженно всхлипнув, девушка осела на пол и заревела, сразу же сдаваясь и готовясь к мучительной смерти.
Мышиная шапка, умудрившаяся где-то достать некое подобие усов свинолюдей, в лицах показывала, какая кошмарная метаморфоза предположительно ожидает теперь юную девушку.
Армия зомби продолжала надвигаться, а Лень-чан, вцепившись в штанину рыжего человека, молила о прощении за последнюю напрасно сожранную в одиночку еду, ибо она умрет, что можно было сделать и голодной. В последний момент, когда свино-зомби уже приблизился настолько, что крайняя степень ужаса была достигнута, Ленаи поднялась, гордо поджав губки и решительно шагнула вперед, готовясь принять смерть и дать другим время сбежать – так сказать, возместить переведенные на нее ресурсы. К ее крайнему удивлению, на нее не напали. Свино-зомби посмотрел на шапку, испачканную серой глиной, с накладными усами, и проигнорировал девушку, двинувшись дальше. Ленаи, уже приготовившаяся к смерти, крайне возмутилась и, собрав последние силы и витиевато прокомментировав сексуальные предпочтения всех присутствующих свиней, рухнула обратно на пол без сознания.

+1

9

На теплый прием происходящее в заброшенном здании безумие не походило даже близко. Пожалуй, не будь Ласточка сейчас столь удивлена случившимся, она бы отметила, что даже для темного мира это уже слишком. Незнакомые люди указывали на нее пальцами и палками, да еще и причитали, и обзывали зомби. Улыбка сползла с лица девушки, заменившись двумя глазами - блюдцами, с немым непониманием наблюдавшими за происходящим. Метающаяся из стороны в сторону Ленаи, которая была особо похожа не безумца, сломившегося под тяжестью выживания. Ласточка невольно сделала несколько шагов назад, представляя себе ужасов, которые уже сейчас могли бы парить над ее давней знакомой. Однако, припоминая, что О'Лень всегда ведет себя подобным образом, Птичка несколько успокоилась, изредка поглядывая на странную парочку людей, что еще недавно назвала ее зомби. Ласточка скривила свой нос, скрестив руки на  груди в знак неодобрения, громко заметив стоящему ближе к ней рыжему:
- Никакая я не зомби, - девушка хотела было продолжить в защиту себя от ошибочного мнения окружающих, только отвлекло ее странное нечто, хрюкающее прямо над ухом. Обернувшись, Ласточка тут же пошатнулась и отскочила назад, наблюдая за тем, как зеленой свиное рыло протискивается в проем окна. Мэделин ловко поднялась на ноги, криво улыбнувшись, - А вот они, правда, зомби... настоящие зомби!
Видеть девушке раньше подобных "очаровательных" свиней не приходилось, но и Птичка была бы рада отсутствию у нее такого странного опыта. Более того, сражаться с наступающим противником оказалось попросту нечем. Хотя это на мгновение показалось Мэгги довольно забавным. Сначала лесной энт, а теперь целая армия свиней. Кто бы не придумал эту сцену, он явно отличался замечательным воображением, а Ласточка была уверена, что такой автор пьесы в этом мире существует, только увидеть его ой, как непросто.
- "И не сейчас стоит об этом думать", - подумала девушка, ощутив, как вцепилась ей в плечо Лень. Выживающая невольно ободряюще похлопала стоящую рядом Ленаи по плечу, одарив ее подбадривающей улыбкой от уха до уха, словно говорил "что, зомби испугалась?" Хотя, будь у Ласточки возможность, она бы призналась, что и сама испугалась огромных искаженных существ, которые лишь только издалека были похожи на обычных, хотя и зеленых свиней.
- А они быстрые, - прошептала Ласточка, заметив то, что уже несколько монстров проникло в здание. И что им только не спалось в своих зомби - домах? Или полнолуния не смогли дождаться? Да и могут ли быть какие-нибудь разумные мысли в головах свинолюдей? Слишком много вопросов, а ответить, как всегда, некому. Лишь только один, самый главный вопрос продолжал терзать Ласточку - что ей вообще не сиделось сегодня дома?
- "Похоже, нам предстоит веселая битва", - веселая ли? Птичка схватила первый попавшийся ей в руки предмет, которым оказалась большая, на вид крепкая палка, что, должно быть, раньше являлась частью мебели в этом необычном здании. Оценив свое новое оружие, как достойного соратника в битве, Птичка лихо заехала одному из зомби прямо по носу, заставив того негодующе хрюкнуть и попытаться достать Ласточку своим копытом. Девушка задорно влепила ему еще парочку ударов по выдвинувшейся вперед руке, однако тут же и сама получила от другого зомби лбом по плечу.
- Ах вы так? - Ласточка была готова ринуться в битву вновь, но ее отвлекла побежавшая вперед Ленаи. Девушка попыталась остановить свою давнюю знакомую, только тщетно. Уже очень скоро О'Лень лежала на земле без сознания, укушенная первым попавшимся зомби. Ласточка разочарованно вздохнула, пятясь назад.
- Минус один, - заметила Птичка, рассекая своей палкой воздух, но лишь больше ломая единственное оружие, которое только у нее было. Похоже, бой обещал не продлиться долго.
- Что будем делать? - осведомилась она у оказавшихся неподалеку незнакомцев.

0


Вы здесь » Don't Starve » Личные эпизоды » Странные вещи [Пророк Лука, О'Лень, Ласточка, Фоска]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC